Архив газет "СЕГОДНЯ" и "ЧАС" за 2009-2013 годы. Актуальную версию сайта смотрите на VESTI.LV

16 Ноября, Пятница

Владислав Флярковский: «Мы не занимаемся пропагандой»

  • PDF

15_ST_IMG_2271C5gcsmТелеканал «Культура» работает для сложных людей, которые привыкли думать и сомневаться. В России этот канал смотрит не самая большая, но самая интеллигентная часть телеаудитории. В Латвии — только обладатели сателлитных тарелок.

По загадочным для нас причинам телеканала «Культура» нет ни в одном пакете ни одной кабельной сети. Впрочем, сегодня найти любую передачу в Интернете не проблема.

Поэтому обозревателя канала «Культура» Владислава Флярковского в Латвии хорошо знают и уважают. На встречу с ним, не взирая на пургу и снегопад, пришло много людей, которые ценят серьезные умные телепрограммы.

В поисках человеческого

Но большинство из собравшихся помнят Владислава Флярковского и как талантливого политического журналиста из блистательной творческой команды программы «Взгляд».

Что заставило «легенду отечественной тележурналистики» (сам Владислав отнесся к этому эпитету с большой иронией) переменить амплуа?

«Может, решил увильнуть от ответственности?» — пошутил сам гость, отвечая вопросом на вопрос. Но потом стал серьезен: «Мы все перемещались с места на место, из проекта в проект, потому что менялись приоритеты, менялись ценности в профессии. Я не могу читать авторские тексты голосом отморозка. Мне важна человеческая интонация — она как раз присуща телеканалу „Культура“, вы можете сами сравнить.

Его отличие от остальных в том, что наши программы возвращают человеку человеческое. Времена могут быть хуже и лучше, легче или тяжелее, но телеканал „Культура“ все равно будет напоминать, что человек — существо одушевленное, что он не только разрушает, но и создает. Вот поэтому я туда и „улизнул“.

Отчистить душу от мусора

„А у вас нет ощущения, что вы один в поле воин?“ — спросили Флярковского.

»Я не воин, мы — не бойцы, потому что не занимаемся пропагандой. Телеканал «Культура» освобождает человека от всего наносного, от налипшего на подошвы мусора на столбовой дороге цивилизации.

Наши программы адресованы сложным людям. В свое время в «Российской газете» была опубликована статья культуролога Кирилла Серебренникова и режиссера Даниила Дондурея. Она называлась «В поисках сложного человека», подзаголовок — «Как спасти культуру для людей, которые хотят думать и сомневаться». Настоятельно советую тем, кто не читал, найти ее в Интернете и прочитать — размышления авторов вызвали очень большой резонанс. Это было приглашение к дискуссии о том, какими мы хотим видеть будущую Россию и россиян. Так вот подлинная культура всегда адресована сложным людям — не массам. И в этом, поверьте, нет никакого снобизма. Не может вся нация состоять из сложных людей!

Коллеги, щадите людей!

Как–то спонтанно возникла в ходе беседы тема… стыда.

«Было ли что–то в вашей жизни, за что вам стыдно? — спросили тележурналиста, имея в виду, конечно, поступки не в личной жизни, а в профессии.

Стыдиться Флярковскому не за что. Он честно отражал события тех переломных лет. „Мы верили, что делаем что–то важное. Все тогда хотели жить по–другому. Как? Кто это знал тогда? Что из этого получилось — другой вопрос. Революции задумывают романтики, осуществляют фанатики, а результатами пользуются проходимцы, напомнил Владислав.

Но взваливать вину за все последствия перестройки на журналистскую братию несправедливо, подчеркнул он.

“Да, мы были честолюбивы и наивны, мы действительно верили, что управляем общественными процессами. На самом деле событиями руководили совсем другие силы».

Но что было, то было: Влад Листьев, Саша Любимов, Александр Политковский, Слава Флярковский в ту бурную пору были властителями дум, их оценки и суждения разогревали революционные настроения в обществе. Ураган тотальной критики и разоблачений в итоге снес не только партократов и советскую бюрократию, но само государство.

Владислав признался, что брать на себя смелость судить о поступках других людей, о подоплеке происходящих процессов лично для него всегда было морально тяжело. Когда он делал на ОРТ авторскую аналитическую программу, то и сам старался, и коллег призывал щадить людей. "Судить можно до определенного предела. Звездная болезнь журналистов — это неспособность ограничить свои собственные амбиции. Этой сам он страдал очень недолго — только в самом начале своей карьеры, когда в начале 90–х начинал работать в новостной программе «Вести».

Тогда, в августе 1991 года, после подавления путча ГКЧП, Флярковскому и его коллегам–телевизионщикам народ на улицах Москвы кричал: «Молодцы, ребята, мы победили!» А сейчас их спрашивают: а вам не стыдно за 91–й год?

По гамбургскому счету

Флярковский не согласен с тем, что за все несет ответственность четвертая власть. Ведь каждый из нас так или иначе причастен к тому, что происходит в этом мире — во дворе, на улице, в городе, в стране и на планете. «Ты ведь тоже выбираешь политиков, жмешь на кнопки, принимаешь на своем уровне решения, так спрашивай с себя, а не с других!» — выразил свою позицию гость.

Вроде тема закрыта, но все же мы вновь вернули к ней Владислава. Он ведь тесно общается с деятелями культуры. Что же с ними такое случилось в октябре 1993–го, когда наши обожаемые артисты и писатели кричали Ельцину, отдавшему приказ о расстреле Белого дома и его защитников: «Добей гадину!»? Одни русские люди убивали других русских людей — за другие убеждения. Это же национальная трагедия, а не повод устраивать концерт мастеров искусств в Кремлевском дворце съездов на фоне фотографии дымящегося Дома Советов.

Мне показалось, что Флярковский то ли не понял вопроса, то ли решил уйти от ответа: «Такое часто бывает в истории, когда свои стреляют в своих. Объяснить это с точки зрения здравого смысла невозможно».

Речь не об этом, Владислав, а о дикой реакции российской интеллигенции (одной ее части), — уточнили «Вести Сегодня».

— Того, о чем вы говорите, я не помню — я уже был в командировке на Ближнем Востоке и мог следить за событиями в Москве только по CNN. Но если было именно так, как вы говорите, то что сказать? Безответственные, подлые люди!

Не сравнивайте несравнимое

А вот какой вопрос, далекий от культуры и телевидения, прозвучал от Владимира Строя из Украинского общества: в Латвии русскоязычные не научились чувствовать себя нацменьшинствами, а латыши не научились чувствовать себя хозяевами. А в России буряты, удмурты и другие чувствуют себя нацменьшинствами и чем они довольны или недовольны?

«Некорректное сравнение, — парировал гость. — Буряты, чукчи, удмурты и прочие малые народы не являются в России национальными меньшинствами. У них есть и всегда была своя территория, их туда никто не переселял и загонял. Поэтому сравнивать с русскими в Латвии их неправильно». (Еще и потому, добавим от себя, что представители малых народов России наделены всеми гражданскими и политическими правами в своей стране.)

Светские сплетни — это не новости!

Ведущая встречи Маргарита Трошкина вернула разговор к сфере профессиональных интересов гостя.

Зашла речь о плохих и хороших новостях и серьезном перекосе чернухи в телеэфире. Владислав, однако, категорически против деления новостей на хорошие и плохие. В его понимании, есть новости и не новости. Новость — это сообщение, которое может воздействовать на человеческое сознание. «То, что вы называете плохими новостями, — это сообщения, которые потрясают воображение, чаще всего это смерть, массовая гибель людей, катастрофы. Это задевает, потому что может касаться если не лично вас, то ваших знакомых, близких и дальних — мир ведь открыт. Хорошая новость (в вашей терминологии) — это сообщение от том, например, что Григорович на сцене Большого театра восстановил балет „Иван Грозный“, который был поставлен сорок лет назад. В этом спектакле вся наша история и вся современная Россия. И не только Россия.

Но СМИ сегодня нагружают публику тем, что новостью вовсе не является: кто с кем спал, пил и пр. Это так называемая светская хроника.

Искусство шокировать

А еще журналисты вредят обществу неадекватным освещением каких–то малозначительных событий, отметил профессионал. И в качестве примера привел шумиху вокруг антипутинского панк–молебна группы „Пусси райт“ в храме Христа Спасителя.

Протестные заявления в адрес Путина делали известные авторитетные деятели — музыкант Юрий Шевчук, актер Алексей Девотченко и многие другие. Но ни одно из них и все они вместе взятые не вызвали такой бурной реакции, как бездарное выступление бесталанной группы. Флярковский уверен, что этот скандал непомерно раздули сами журналисты. Недобросовестная работа коллег вызывает у него сожаление.

О Леонардо да Винчи и писсуаре Дюшана

Тут мы позволили себе возразить гостю. Ведь если новостью является событие, которое поражает воображение, то хулиганская и кощунственная выходка „Пусси райт“ как раз из этого разряда, потому и привлекла повышенное внимание масс–медиа. Но и в сфере культуры (а точнее, контркультуры) подобные вызывающие „перформансы“ не редкость. Так как же к этому относиться журналистам — игнорировать, критиковать, одобрять?

»Разбираться! — считает Владислав. — Художник, который обмазал себя медом и обвалялся в перьях, — это не контркультура, это художественное высказывание. Лет шесть назад в Третьяковской галерее совместно с западными галереями была организована выставка, на которой смешали произведения академического и современного искусства: Перов и инсталляция «Куриные окорочка» и тому подобное. Публика была возмущена, писала письма в министерство культуры, с хоругвями ходила. Кто виноват? Музейщики? Мы, журналисты. За 20 лет свободы мы не научили публику «считывать» новый язык искусства. Леонардо да Винчи, писсуар Дюшана, голый Кулик — это одна линия развития мировой культуры, звенья одной цепи, хоть и разного веса. Ничто не возникает на пустом месте. Разберитесь что за этим стоит: почему мед, почему перья? Кстати сами художники часто не могут объяснить свои работы.

Один французский журналист на первой выставке импрессионистов в 1876 году писал: «Кто–нибудь объяснит г–ну Ренуару, что женское тело — это не кусок гниющего мяса с трупными пятнами?» И где теперь тот журналист и что мы теперьдумаем о Ренуаре?

Журналисты частенько ошибаются, считает Флярковский.

«Приходит новое время, новое племя художников, они находят новый язык. Судить о художнике надо по законам, им самим надо собой поставленным, писал Пушкин.

Если мы не понимаем, почему художник вымазался медом и вывалялся в перьях, не надо кричать, что это пошлость, надо сказать себе: ой, я чего–то упустил, чего–то не заметил, и быстренько бежать читать, изучать».

Маргарита Трошкина тут же напомнила про авантюристов Герцога и Короля — героев книги «Гекльберри Финн» Марка Твена, которые именно в таком виде — в перьях и с голым задом — выступали перед доверчивыми американскими провинциалами. За это разъяренные зрители хотели их линчевать. А сегодня уже не разберешь, где «художественное высказывание», а где наглое издевательство над публикой.

«А какие, на ваш взгляд, из современных телепрограмм вредны?» — спросили московского телеобозревателя.

О ложных симптомах мнимых болезней

Владислав замялся: «Честно ответишь — того заденешь, этого обидишь…» И сам засмеялся.

Редактор газеты NeatkarIgA RIta AvIze Анита Даукшта поинтересовалась, как в России воспринимают латвийскую интеллигенцию? «Мы в Латвии хотели бы считать себя связующим звеном между Россией и Западом. Но меня не покидает ощущение, что нас в России держат за провинциалов».

Анита поставила гостя в тупик. «Вам так это кажется? — с неподдельным изумлением воскликнул гость. — Почему?! С чего вы это взяли? Вы можете кого–то процитировать, кто так сказал?» — «Нет, не могу!» — «Не можете, но у вас такое чувство? Так бывает: когда человек сам себя начинает убеждать, что у него вот здесь болит, у него действительно начинает болеть. Это из области психосоматики.

Станем богаче — духовность вернется?

Напоследок поговорили о возрождении духовности в России. Возможно ли это в принципе или поезд ушел?

По мнению Флярковского, проблема в том, что культура у нас существует как–то отдельно от жизни.

»В других странах иначе. В Германии, например, понимают, что культура должна пронизывать все поры общества. У них театр «Шаубюне» получает от государства 30 миллионов евро, ставит 15 премьер в год. Там в принципе невозможна постановка дешевой водевильной пьески для зарабатывания денег. В немецкие центры современного искусства, которые есть во многих городах, вкладывают бешеные деньги. Потому что там понимают: культура должна заполнить всю жизнь, а не существовать отдельно от нее. Когда мы станем побогаче — и ваше государство, и наше, — и мы к этому придем".

P. S. Встреча с Владиславом Флярковским была организована Международным клубом «Формат А3».

Читайте также:
Известный юрмальский сатирик впервые посетил издательский дом Vesti и дал эксклюзивное интервью "Вести Сегодня"
Анита Гаранча о знаменитой дочери, терниях профессии оперного певца и счастье бабушки
Маэстро Паулс не теряет форму в свои 78 лет
Вчера, в четверг, стартовала программа столицы культуры Европы, которой наша Рига становится на весь нынешний год.
Современный латышский писатель Освальд Зебрис — о времени и о себе
"Гагарин потому и полетел первым в космос, что знал наизусть "Анну Снегину", — уверен Прилепин
.